x x x
Себе самим мы Сфинкс единый оба, Свой делим лик, закон свершая свой, — Как жизнь и смерть. Мой свет и пламень твой Кромешная не погребла чащоба. Я был твой свет, ты — пламень мой. Утроба Сырой земли дохнула: огневой Росток угас... Я жадною листвой, Змеясь, горю; ты светишь мной из гроба. Ты ныне — свет; я твой пожар простер. Пусть пали в прах зеленые первины И в пепл истлел страстных дерев костер: Впервые мы крылаты и едины, Как огнь-глагол синайского куста; Мы — две руки единого креста.